изменения... ибо фюзис – это начало и причина движения и покоя для того, чему она присуща первично, самому по себе, а не по совпадению». Возникшее позже, в начале Нового времени (XVI–XVII вв.), механистическое естествознание полностью отвергло такое понимание природы, провозгласив инертность тел самих по себе и необходимость внешних импульсов для их движения. Однако в современной нам науке изложенные здесь подходы Аристотеля вновь стали актуальными. Одно из центральных мест в философии Аристотеля также занимает понятие формы: «фюзис – это форма, то есть активное начало, обладающее энергией... – способностью формировать пассивную материю». Вид движения, позже названный механическим (изменение положения тела в пространстве) и принимавшийся физикой Нового времени как единственно существующий, к которому должны быть сведены все остальные, рассматривался Аристотелем лишь как один из несводимых друг к другу видов движения. Философ различал ряд независимых видов движения: возникновение и уничтожение, рост и уменьшение, а также качественные изменения. Другой центральный и биоцентричный принцип философии Аристотеля – признание глубоких качественных различий между природными телами. Он различал в природе несколько качественно различных, несводимых друг к другу видов причин: - материальную (неоформленный материал, из которого создаётся тело); - действующую причину (начальный толчок); - формальную (придаёт телу его специфическую форму); - целевую (финальную) причину – объясняющую, для чего создано данное тело и какова его функция. По этому поводу Аристотель писал: «Древние натурфилософы не видели, что причин много. Они видели только материальную и действующую причину и даже не умели различать их и вовсе не стремились исследовать форму и конечную причину. Что они (действующие причины) необходимы, это верно, но все, же они существуют для определенной цели и ради наиболее совершенного, что есть в данном случае...» Аристотель тесно связывал понятие «цели» с конечной формой, которой достигает организм; он уподоблял её образу готового изделия в представлении мастера: «...Тёплое и холодное делает железо твёрдым и мягким, а меч делает движение инструментов, заключающее в себе правило искусства...» Возражая Гиппократу, Аристотель считал, что органы возникают не все сразу, а постепенно, один вслед за другим из бесструктурной вначале массы. Такое представление сделало Аристотеля основателем эпигенеза – противоположного преформизму учения о постепенном развитии, связанном с усложнением организации (др.-греч. ἐπι- – приставка, обозначающая пребывание на чём-либо или помещение на что-либо+ γένεσις, genesis – «зарождение»). Предвосхищая науку наших дней, Аристотель ставил даже вопрос о влиянии более ранних зачатков на более поздние. Он писал: «Так как одна часть возникает раньше, другая – позже, то возникает вопрос: не образует ли одна из 8